Саша  Мюллер-Креннер,
Ральф  Фюкс
 

ВНЕШНЯЯ  
ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ  ПОЛИТИКА 
И  ТРАНСАТЛАНТИЧЕСКИЕ  СВЯЗИ

Привязанность Федеративной Республики к Западу, и тем самым к европейскому интеграционному процессу с одной стороны и трансатлантическим обязательствам — с другой, всё больше даёт о себе знать также в зелёном аспекте. До сих пор, однако, отношения между Европой и США слишком долго определялись почти исключительно оборонным сотрудничеством, прежде всего его сильным военным компонентом. После завершения Холодной войны и устранения противостояния конкурирующих блоков, долго связывавшего Западный альянс воедино, нам необходимо заново обосновать трансатлантические связи.
Новые темы и до сих пор недооценённые интересы должны получить больше внимания. Если внешняя политика есть политика интересов — и в этом отношении содержит нечто большее, чем просто зерно правды, — то жизненные интересы населения также должны найти своё место во внешней политике. К таким первостепенным интересам относится, помимо сохранения мира и свободной конституции нашего общества, также, безусловно, и защита естественных основ жизни, — цель, которая может быть достигнута только через объединение локальных, национальных и глобальных стратегий.
Почему , собственно говоря, внешняя политика должна оставаться традиционным доменом Кабинета и профессиональных дипломатов и действовать вне связи с гражданским обществом и его интересами? Тем более, что Правительство и государственные институции уже утратили свою внешнеполитическую монополию: на международной сцене появляется всё больше общественных актёров.  Ни одна важная конференция ООН, никакие значительные международные переговоры не могут сегодня избежать соучастия, критики и влияния со стороны сети международных неправительственных организаций. Таким образом, не зависимости от международной конъюнктуры, в фарватере экономической, торговой и военной политики присутствует большое число профессионально организованных неправительственных организаций. До сих пор имеющая место архитектура немецкой внешней политики, опирающаяся на оборонно-политический альянс НАТО и экономическое сотрудничество преимущественно в рамках Европейского Союза, должна быть также изменена НАТО и ЕС раскрыли себя географически и, в настоящий момент, также психологически, и должны продолжить это раскрытие. При этом "расширение на восток" не есть только количественное изменение, — одновременно оно  изменяет характер самих НАТО и ЕС. Обе организации, однако, упираются при изменении своих внешнеполитических программ в собственные границы, и вынуждены иметь дело с новыми организациями многостороннего сотрудничества типа ОБСЕ и учреждений ООН. В перспективе НАТО тоже не сможет удержать своего самочинного статуса как международной упорядочивающей силы вне зависимости от ООН и её правил. Тем не менее, наряду с общеевропейской и глобальной (ООН) системами коллективной безопасности и взаимодействия, трансатлантическое сотрудничество будет (и должно) находиться на соответствующем уровне. Какое содержание должно иметь это трансатлантическое партнёрство, каким целям служить?
Даниэль Гамильтон (бывший сотрудник Посольства США в Бонне, и ныне — член штаба Генплана при Госдепартаменте США), подчеркнувший значение понятия "Берлинской республики" и тем самым — возросшей глобальной ответственности объединённой Германии, представляет обновление коллективных оборонительных альянсов, укрепление трансатлантических экономических связей и совместное осуществление глобальной защиты окружающей среды естественным рабочим пространством в качестве основы для  нового трансатлантического партнёрства. При этом Германии достаётся в Европейском Союзе ключевая роль. "Двусторонние связи, — согласно Гамильтону, — могут быть мотором многосторонних целей". 
Почему же экология должна переместиться с периферии в самый центр германской внешней политики, как это должно произойти и почему именно в поле политики защиты окружающей среды выявляется перспектива будущего стратегического партнёрства Германии и США?
США и Германия являются великими экологическими державами — как в отношении их роли в создании экологического риска, так и возможности вклада в дело разрешения глобальных проблем.
Федеративная Республика — причём, в силу широкого общественного усвоения экологической темы это распространяется даже на христианско-либеральную коалицию, — несмотря на известные недостатки во внутренней экополитике, имеет традиционную репутацию лидерства в международной экополитике. Именно на эту традицию должна опираться и внешняя экополитика  зелёных. Основанием успеха германской экологической дипломатии может быть, помимо реалистичной авторитетной роли в собственной стране, лучшее согласовывание экополитических целей с другими центральными темами германской внешней политики, а именно — с целями экономической и торговой политики, часто противоречащими экологическим прокламациям. Экономическая глобализация без эко- и социал-политических упорядочивающих рамок, безусловная поддержка экспорта и монополизирование ресурсов Юга транснациональными предприятиями Севера не отвечают международной стратегии последовательного развития.
В деле институционального увязывания экодипломатии с государственной внешней политикой США далеко опережают как немцев, так и большинство других европейских государств. Так, американцы открыли в целом ряде своих посольств — прежде всего в странах Третьего мира — так называемые "экологические центры" (Enviromental Hubs). Здесь речь идёт, прежде всего, о системе раннего оповещения экологических кризисов в соответствующих регионах, а также о сети координационных центров, связанных с экополитическими, и тем самым — экономическими интересами США. Со стороны же германских иностранных миссий только постоянное Представительство Германии при Европейском Союзе имеет экологического атташе. Но и этот пост не отражает в достаточной степени важности экологической политики. В конце концов, 50% всех немецких экологических законов исходит, в той или иной форме, из Брюсселя.
Переосмысление экологической дипломатии как центрального поля внешней политики не должно вести к тому, чтобы экополитика превратилась в подсобницу хозяйственно- и оборонно-политических интересов.
В США уже несколько лет подряд идут интенсивные дебаты на тему экологии и безопасности. Эти дебаты привели к включению в понятие безопасности также факторов экономического и экологического порядка. В такой интеграции экономической, экологической и оборонной политики мы видим шанс для цивилизирования внешней политики — в смысле не-военного предупреждения и разрешения конфликтов.
С другой стороны, через улаживание экологических конфликтов оборонная политика  старается закрепить за  собой новые сферы активности и свежую легитимацию. При этом ни вооружённые силы, ни институции оборонной политики времён Холодной войны не приспособлены к конфронтации с экологическими проблемами. Только один пример: многочисленные конфликты из-за разделения дефицитных водных ресурсов — к примеру, между Турцией, Сирией и Ираком — могут быть разрешены не через военные угрозы, но исключительно путём хозяйственного сотрудничества и долгосрочного освоения ресурсов, на основе честного уравнивания интересов.
Поэтому зелёная политика должна противостоять тенденции сводить экополитические проблемы к аспектам оборонной политики.
Международная экодипломатия должна защитить себя от того, чтобы оказаться на службе исключительно интересов хозяйственных и экспортных требований. Так, США пытаются обеспечить в Третьем мире новые рынки для нужд американской энергетической промышленности с помощью международного режима защиты окружающей среды. Конвенция о защите биоразличий (биодиверситета) интенсивно рассматривается в США с точки зрения защиты интересов американской биотехнической индустрии в плане доступа к международным генетическим ресурсам. Действительно, защита окружающей среды способствует созданию новых рабочих мест и открывает новые экспортные возможности. Но экополитика должна иметь своё оправдание за пределами экономических интересов.  
Трансатлантическое экологическое сотрудничество только тогда обретёт своё должное место наряду с экономическими и иными интересами, когда станут осуществляться конкретные проекты и обнаружатся их успехи. В перспективе взаимного сотрудничества наиболее важными представляются следующие моменты:

Климат: В международной климатической политике Германия и США относятся не только к основным виновникам парникового эффекта, но также лидерами в деле предложений технологических решений в области энергоэффективности и энергообновления. Германия и США должны совместно превратить свои солярные индустрии в фактор экономического прорыва. Немецкие и американские автомобильные предприятия, при поставках на рынок экономичных автомобилей, также могли бы придерживаться единых стандартов. Основанием для такого стратегического партнёрства в области экологической техники может являться широкая договорённость защите окружающей среды, далеко выходящая за рамки Соглашения в Киото, а также международно скоординированное применение налоговых инструментов рыночной экономики, например экологической налоговой реформы и торговли эмиссионными правами.

Транспортировка ядовитых отходов: Немецкие и американские химические предприятия являются ведущими в мире — во всяком случае в том, что касается оборота, движения потоков продукции и экспорта ядовитых отходов, но также в инициативе экополитического новаторства. Обе страны совместно тесно работали над запрещением целого ряда особо стойких органических субстанций (стойкие органические отходы). Это сотрудничество следует продолжить.

Торговля и окружающая среда: Ещё до завершения ГАТТ-овских переговоров, которые в конечном итоге привели к рождению ВТО, США выступили за новый "зелёный раунд" переговоров по всемирной торговле. Но на первой Конференции стран-участниц ВТО немецкая делегация, под руководством федерального министра экономики Рексродта, воспрепятствовала даже незначительному прогрессу в деле увязывания защиты окружающей среды с международным торговым правом. Таким образом, задачей зелёного раунда переговоров ВТО должно стать выяснение отношения международного Соглашения о защите окружающей среды к ВТО, в идеале — совместно с очередной реформой ООН, вновь приближающей ВТО к ООН-овской системе.

Экспорт экологической технологии: В соответствии с переговорами по ВТО, целый ряд государств принял законы в пользу развития экологических технологий. США уже готовы обогнать Германию  уже и в плане экспорта экотехнологий через решительную поддержку последнего. Примером этому является непосредственное правительственное агентство по поддержке экспорта обновляемых энергий. В рамках договорённостей по ВТО следует также облегчить инвестиции в политику защиты окружающей среды и сделать приоритетными инструменты государственной поддержки — такие, как снижение налогов или программы рыночного внедрения.
 

Настоящий материал представляет собой специальный доклад в рамках инициативы немецкого "зелёного" Фонда им. Генриха Бёлля. (Cм.: Heinrich Bцll Stiftung: Nachrichten. Herbst 3/98).
Об авторах: 

Саша  Мюллер-Креннер (Sascha Mьller-Kraenner) — биолог, руководитель Североамериканского бюро Фонда им. Генриха Бёлля (Вашингтон).Активист в рамках ряда неправительственных организаций, занимающихся проблемами климата. 

Ральф  Фюкс  (Ralf  Fьcks) — социолог, председатель Фонда им. Герриха Бёлля (Берлин). Член партии "зелёных" (1991-1994 — сенатор по проблемам окружающей среды и градостроительства, г. Бремен).