 Владимир
Видеман
ЭФИОПИЯ
— ЗЕМЛЯ КОВЧЕГА:
ЦАРЬ
ИЗ ДОМА ДАВИДОВА
ВО СЛАВУ
ПРЕСВЯТОЙ ТРОИЦЫ
И ЦЕРКОВЬ СВЯТОГО
КОВЧЕГА
Последний
царь из
дома Давидова
— это эфиопский
император Хайле
Селассие (Слава
Троице). Как
известно,
эфиопская
правящая династия
возводит свою
генеалогию
непосредственно к
царю Соломону
и царице Савской,
потомки которых
затем властвовали
в Эфиопии
беспрерывно на
протяжении трёх
тысяч лет. Таким
образом,
эфиопская
династия
представляет
собой реально
царствовавший до
недавнего времени
(т. е. до эфиопской
марскисиской
революции) Дом
потомства
Давидова по линии
патриархальной
традиции. В этом —
его коренное
отличие от
традиции т. н.
когнатического
родства (т. е. по
материнской
линии)
пост-храмового
иудаизма,
по-своему
претендующего на
давидово
наследие.
Согласно
преданию
Эфиопской Церкви,
моисеев Ковчег
Завета хранится в
специальном Храме
Ковчега. Его
доставил сюда сын
Соломона и царицы
Савской Менелик I.
Существует
специальный чин
ежегодной
процессии с
выносом Ковчега
народу. Эфиопская
культура — это
наиболее
архаичный, но всё
ещё живой слой не
только
христианской, но
всей
авраамической
цивилизации.
Эфиопская
культура
интегрировала в
себя духовное
наследие многих
древних народов —
от нубийцев и
египтян до евреев,
арабов и индийцев.
Обряды Эфиопской
церкви во многом
воспроизводят
ветхозаветное
храмовое
священнослужение,
а религиозная
община обладает
историческим
самосознанием
избранного
Давидова
потомства.
Эфиопский
христианский
император — это
обетованный
потомок из колена
Давидова, леы
Иуды, царь Сиона,
со-действующий
симпатически со
Христом.
 При всём
богатстве и
своеобразии
эфиопского
церковного
предания,
богословие
Эфиопской Церкви
очень близко
православному: в
середине XIX
столетия
эфиопский
император даже
просил русского
царя прислать
своего патриарха
для возглавления
местной кафедры.
Строго
канонически
Эфиопская церковь
относится к т. н.
староправославным
(или
до-халкидонским)
церквам. До
обретения
автокефалии в
середине ХХ
столетия она
являлась
составной частью
Александрийского
монофизитского
(Коптского)
патриархат. Между
тем, сами
эфиопские
богословы не
приемлют
закрепившейся за
ними
характеристики
как
"монофизитов",
определяя себя
"диафизитами"
(т. е. признающими,
подобно
православным, в
принципе, две
природы Христа, а
не одну — как
этогог требует
строго
монофизитская
позиция ).
Эфиопское
христианство —
это древнейшая
форма восточного
христианства, а
кроме того —
культурно-исторический
осколок
специфической
формы южного
эллинизма
(родственного, но
не тождественного
древнему
христианству
Малабарского
побережья Индии
(Церковь Святого
Фомы). Эфиопия —
наследница
легендарного
Древнего Аксума,
культурно
связанного — по
мнению ряда
историков — с
Эламом и Индией.
Но Эфиопия — это и
прародина
человека как homo
sapiens: именно
отсюда выводят
антропологи
общечеловеческих
предков,
последовательно
распространившихся
из Африки по
другим частям
Света. Такого рода
универсальность
(как наследие
эллинизма)
эфиопской
культуры,
интегрально
содержащей в себе
древнейшие
компоненты
"общечеловеческой
мифологии"
(библейского и
иного порядка),
делает её
чрезвычайно
привлекательной в
качестве базы
альтернативной
истории, прежде
всего —
национальной
истории прямых
потомков Чёрного
континента.
 Может быть
поставлен и
другой вопрос:
может ли Эфиопия
стать базой
альтернативного
социального
порядка, более
соответствующего
культурно-экологическому
и, в целом,
цивилизационному
профилю
Африканского
континента и его
коренного
населения, чем
действующая ныне
система
нео-колониальной
эксплуатации?
Приход к власти
марксистского
правительства
Менгисту Хайле
Мариама положил
конец эфиопской
монархии —
древнейшей в мире,
институционально
восходившей к
религиозно-политическим
традициям ещё
ветхозаветных
царств. И всё же,
"король умер
— да здравствует
король!":
культ эфиопского
императора — "потомка
Дома Давидова,
обетованного царя
Сионского"
обрёл новое
существование в
религиозной
традиции
растафари (от
гражданского
имени Хайле
Селассие — Рас
Тафари) —
потомоков чёрных
рабов, вывезенных
с Восточного
побережья Африки
в Вест-Индию.
Святой
император Хайле
Селассие
почитается
растаманами как
своеобразная
инкарнация
древней идеи
народного царя —
"Царя рабов"
(мистический
аналог Христу).
Растафари —
потомки рабов и
одновременно
"избранные",
святой народ
Божий — Новый
Израиль. Царь
Нового Израиля по
обетованию — из
колена Давидова.
Эфиопский народ
историософски
осмысливает себя
как Израиль,
принявший Святое
Крещение.
Растафари —
мистический
авангард этого
народа,
разделяющий
изгнанническую
судьбу
древнееврейского
народа и
пророчествующий
свободу своей
расы,
"выкупленной"
морально в силу
продолжительной
безропотности
Угнетённого
(принцип
непротивления,
которого
придерживаются
практически все
старейшины религии
Расты).
 Интересно,
что культ
божественного
императора
(некоторые
направления Расты
отождествляют
Хайле Селассие I с
самим
Христом-Спасителем)
эфиопского толка,
и прежде всего —
как народная
религия, близок во
многих своих
чертах с русским
народным культом
царя-защитника,
царя-спасителя.
Более того,
последний царь
России Николай II,
аналогично
последнему
эфиопскому
императору Хайле
Селассие I,
канонизируется в
сознании
практически
оторванных от
традиции, но
ностальгически
ещё помнящих о ней
народных масс, в
образе
величайшего
святого и
благодатного
духовного полюса
будущего
народного
возрождения.
Материалы
по теме:
Михаэль
Таффессе:
ХРИСТИАНСКАЯ
РЕЛИГИЯ ЭФИОПИИ В
ИСТОРИЧЕСКОЙ
ПЕРСПЕКТИВЕ
ЭФИОПСКАЯ
ПРАВОСЛАВНАЯ
ЦЕРКОВЬ ТЕВАХИДО
В.
Лурье/ А. Кураев:
НА ПОРОГЕ УНИИ: Не
станем ли мы
монофизитами?
|